Социально острые публицистические статьи до сих пор вызывают дискуссии, будоражат молодежь. Остаётся злободневной и книга "Мужество человечности" (М., 1969), которую пришлось отстаивать и Леониду Леонову. Когда критика обвинили за его беспристрастную критику, то в защиту Лобанова выступили Вадим Кожинов, Сергей Семанов, Юрий Лощиц, Юрий Селезнев, Марк Любомудров, Василий Кондрашов.
Лобанов не боялся острых тем, касаясь их, он как бы их ещё сильнее заостряет. Он пишет о личности И. В. Сталина. «Жестокое время выразилось в нем в той неразрешимой многомерности, которая не оставляет окончательного решения и рождает потребность в соотнесенности с этим явлением даже и у его противников…»

Казалось, тема личности в истории им рассматривалась в равной степени важности: будь то вождь или крестьянин, по степени ответственности перед совестью и народом.

Сюжеты в книгах "Страницы памятного", "В сражении и любви" строятся из судеб простых людей, таких, среди которых прошло детство писателя. Эту духовную верность народу Лобанов мужественно сохранял и передавал тем, кто был рядом, и в период крушения СССР.
В статье "Милосердие" рассуждает о судьбе писательской и судьбе "простой".

"…Господи... Если есть во мне что-то доброе, способное к добру, то это не мое, а Ты дал мне…», - писал Михаил Лобанов о данности литературного таланта свыше. Он последовательно изучал духовное наследие православия и находил то, своё место между публицистическим и художественным словом. Критики задают вопросы, ставя их перед писателем и временем. И он не боялся ставить перед нами эти вопросы. Национальное самосознание - первоисточник художественной литературы.  Критик как бы отсекает лишнее, как скульптор, создающий время в граните.

"Писателей навсегда разделило 4 октября 1993 года, когда "апрелевцы-демократы" подтолкнули Ельцина к решительным действиям". (Из беседы с В.Казаком). Так в статье "Моя позиция" о награждении Валентина Распутина Солженицынской премией Лобанов рассуждает о вариантах общения всех деятелей русской культуры. Можно ли, не испытывая воли ни к национальному самосознанию, ни к многонациональному, быть наднациональным писателем? Русский критик не боится быть на границе полярных мнений. Лобанов отвечает крайним оппозиционерам, становясь и сам крайне острым. Политические водовороты затягивают писателей и губят одного за другим. Социальность меняется, а значение художественной литературы прошлых веков остается. В этом и заключается национальная идея, которая точнее всего выражена в слове, образном, правдивом, художественном.


…В 1991 году, имея два десятка рассказов, пять коробов черновиков мне посчастливилось поступить в Литинститут и стать студенткой семинара прозы, который вёл Михаил Петрович Лобанов.

Творческий конкурс прошла, но за год до этого было Всесоюзное совещание молодых писателей в подмосковном Олимпийском. На семинаре Михаила Петровича атмосфера казалась не развлекательной, а тяжеловато-вдумчивой, рабочей. Что-то невидимое придавливало к столу, когда я первый раз пришла. Но это чувство сохранилось до сих пор.

В литинституте мне хотелось разгадать тайну творчества, методику обучения мастерству писателя. В те годы была свобода, можно было посещать все семинары. Споры: делает ли МЛИ писателей профессионалами или губит их - уже приходилось слышать. И я искала свой ответ…
В вопросы были поставлены еще на собеседовании, вопросов было так много, что не успевала выделять, кто спрашивает. Помню только, кто-то иронично спросил:

«- Кто лучше пишет вы или Татьяна Толстая?»

Я ответила серьёзно: что мне нужна школа. Потом рассердившись на кажущуюся ненужность вопросов, показала характер. И начала отвечать дерзко, прямо, откровенно.

И вдруг:
- Хватит! – сказал кто-то сильным мужским голосом. – Свободны!»

…Эту свободу храню до сих пор.

Профессору Литературного института, критику и литературоведу Михаилу Лобанову пришлось проявлять мужество не только на войне, но и в жизни, так как проповедовал высокое понимание жизни и предназначения писателя. Научить писать можно того, у кого есть стремление развить свой талант, и его отбор был строг. Литературного мастерства не достаточно, ещё нужен талант мужества писателя, чтобы современная литература приблизилась к классике.

Середина Надежда